НОВОСТИ    БИБЛИОТЕКА    КАРТА САЙТА    ССЫЛКИ
Атеизм    Религия и современность    Религиозные направления    Мораль
Культ    Религиозные книги    Психология верующих    Мистика


предыдущая главасодержаниеследующая глава

6. Раскол в баптизме

Послания и обращения Инициативной группы к верующим послужили своего рода сигналом к организационному единению и сплочению сторонников размежевания с линией Всесоюзного совета ЕХБ и образованию нового религиозного центра евангельско-баптистской церкви. Ответы на призыв Инициативной группы поддержать кампанию за созыв съезда евангельских христиан - баптистов являлись как бы регистрационными листами, свидетельствующими о поддержке раскольников той или иной группой верующих.

Выступление Инициативной группы явилось завершающим этапом в идейном оформлении раскола и началом организационного объединения в масштабе всей страны. Об этом свидетельствует тот факт, что в 1961-1962 годах основная масса оппозиционно настроенных верующих объявила о своей принадлежности к расколу и готовности поддерживать действия Инициативной группы. Именно в это время о своей принадлежности к расколу заявили 64,1%* всех общин и групп евангельских христиан - баптистов, отошедших от ВСЕХБ. В 1963 году к расколу присоединилось 7,8% и в конце 1964-1965 годов - 28,1% всех общин и групп оппозиции**.

* (За 100% принято число общин и групп, поддерживавших раскол в начале 1966 года - в период, когда деятельность оппозиции достигла своей кульминационной точки.)

** (Здесь и далее подсчет проведен на основании обобщения данных, полученных при изучении раскола на территории РСФСР, Украины, Белоруссии, Казахстана, Узбекистана, Киргизии, Таджикистана, Грузии и Азербайджана.)

В 1962 году на смену Инициативной группе пришел Оргкомитет, в который вошли представители от всех областей, где находились его последователи. В 1965 году Оргкомитет был переименован в Совет церквей евангельских христиан - баптистов.

Идейное родство раскольников с оппозиционными выступлениями против ВСЕХБ во второй половине 50-х годов обнаруживают послания и обращения Инициативной группы, а затем Оргкомитета, где сформулированы их основные требования и причины разрыва с руководством евангельско-баптистской церкви.

Необходимость своего выступления руководители раскола объясняют стремлением вывести церковь из "состояния глубокого кризиса"*, в котором она оказалась к началу 60-х годов. Кризис они усматривают в том, что "значительная часть народа божия уклонилась от истины и пошла по пути открытого нарушения основных заповедей господних как в вопросах личной жизни, так и в вопросах домостроительства церкви"**. Каковы причины и в чем заключается "отступление от истины"? "Мир проник" в церковь, "дружба с миром" стала характерным признаком для большинства последователей евангельского христианства - баптизма - вот в чем идеологи раскола усматривали "отступление от истины". И как результат влечения к "миру", "дружбы с миром" - охлаждение веры: многие христиане потеряли ревность; им все безразлично; они сами отступают и не препятствуют другим отступать от традиционных норм и форм религиозной жизни. Общины редеют, отступление от веры стало привычным: "утрачены... многие десятки тысяч детей божьих... они... перестали посещать собрания". Миссионерская деятельность затухла. "Многие не могут нести сегодня Христа другим", они сами отступники. В результате, пишут руководители раскола, "мы видим разрушенные общины, видим вымирающее братство".

* (Письмо Оргкомитета от 13 марта 1962 года.)

** (Обращение Оргкомитета от 21 октября 1964 года.)

Каковы же, по мнению руководителей оппозиции, причины сложившейся кризисной ситуации?

Главной причиной "разрушения общин", отступления от веры и охлаждения к религиозной деятельности большинства верующих руководители раскола единодушно называют "проникновение в среду верующих мирских идей, плотских интересов и страстей", т. е. влияние социального, политического, технического и культурного прогресса. Причем во всем этом они видят не объективный процесс, обусловленный социально-экономическими преобразованиями и культурными достижениями социалистического общества, а преднамеренные действия заинтересованных сил. Потенциальные возможности евангельского христианства - баптизма, по мнению руководителей раскола, далеко не исчерпаны, но искусственно подавляются с помощью атеизма, якобы пользующегося поддержкой руководства евангельско-баптистской церкви, "проводящего в жизнь программу атеизма по разрушению церкви изнутри". Пресвитерско-проповедническое служение тех лиц, которые, осознавая себя гражданами социалистического государства, считали своим долгом уважать и соблюдать законы страны, в том числе и законодательство о культах, объявлялось руководителями раскола противоречащим слову божию и традициям евангельско-баптистской церкви.

Однако руководителям раскола пришлось признать, что такую позицию занимает "большинство ответственных служителей", а потому в церкви в целом проводится "служение, противоречащее слову божию", отчего она и разрушается, и теряет своих последователей. Позиция большинства была определена как "соединение церкви с государством", в результате чего в церкви "господствуют человеческие постановления".

Следовательно, кризисная ситуация, сложившаяся в евангельском христианстве-баптизме в послевоенные десятилетия, явилась, по определению руководителей раскола, результатом политики ВСЕХБ, направленной на "соединение церкви с государством" и подчинение интересов церкви интересам государства. Обвиняя ВСЕХБ в кризисе церкви, раскольники тем не менее вынуждены были признать, что позиция Всесоюзного совета и "большинства ответственных служителей" не следствие только их волевого решения. Она находится в прямом соответствии с поведением и взглядами на религию большинства рядовых верующих, опирается на это большинство и порождена им. Развивающиеся в церкви и "вредные для нее явления", писалось в одном из сочинений раскольников, "могли возникнуть только при общем духе нерадения". Руководство церкви повинно в том, считают раскольники, что оно не нашло в себе достаточно сил и желания, чтобы воспрепятствовать проникновению в церковь "духа мира сего", и не оградило верующих от его влияния, а верующие, в свою очередь, повинны в том, что допустили отступничество руководителей.

Иными словами, руководители раскола, хотели они того или нет, вынуждены были признать, что они выступили против позиции ВСЕХБ, отражающей точку зрения большинства последователей церкви евангельских христиан-баптистов.

Большинство верующих, среди них и руководители церкви, и рядовые верующие, были квалифицированы раскольниками как отступники, посягнувшие на чистоту принципов "истинного христианства". "Истинную веру" сохранило лишь меньшинство. С помощью каких средств рассчитывают руководители раскола воздвигнуть стоическую крепость евангелизма, способную выдержать любой натиск современного социального и интеллектуального прогресса?

Прежде всего, с помощью духовной изоляции верующих от "мира". Для этого в церкви необходимо провести серию организационных реформ, чтобы создать благоприятные условия для идеологической обработки верующих, религиозного воспитания детей, разжигания религиозного фанатизма, антиобщественных настроений. Реорганизация церкви рассматривалась как необходимый предварительный этап для выполнения основного пункта возрождения церкви: "широкой евангелизации в нашей стране".

Первоочередной задачей "возрождения церкви" провозглашалось низвержение ВСЕХБ и создание нового руководящего органа. Задуманный деятелями раскола "церковный переворот" должен был начаться в ходе предсъездовской кампании и завершиться на съезде.

Сама по себе идея съезда импонировала большинству верующих, в том числе и тем, кто не был связан с расколом. Она возрождала иллюзии сектантского демократизма и привлекала к себе всех недовольных централизаторской политикой ВСЕХБ.

С помощью агитационных мероприятий, призывающих к созыву съезда, раскольники хотели развенчать в глазах верующих авторитет ВСЕХБ, дискредитировать и лишить его моральной поддержки.

Себя же они представляли борцами за возрождение демократизма в баптистской среде, своего рода "нестяжателями", воодушевленными евангельскими идеалами, для которых якобы их личное положение в церкви ничего не значит, так как их беспокоит лишь верность церкви заветам Христа.

На съезде, созыва которого добивались раскольники, предполагалось выработать "мероприятия по очищению и освящению церкви ЕХБ", чтобы окончательно избавиться от всех противников линии раскола. В целях обеспечения для себя большинства и облегчения захвата власти в Союзе руководители раскола решили приступить к кампании по "очищению" и "освящению" церкви в процессе подготовки к съезду, с тем чтобы уже к началу съезда нейтрализовать наиболее опасных противников. Первыми к покаянию "за свою сознательную противоцерковную деятельность" были призваны члены ВСЕХБ, республиканские, областные и те поместные пресвитеры, которые придерживаются линии ВСЕХБ. Протокол расширенного совещания Оргкомитета от 23 июня 1962 года называл имена первых 27 служителей, которых Оргкомитет объявлял "отлученными от церкви". Среди них Я. И. Жидков - председатель ВСЕХБ и А. В. Карев - генеральный секретарь ВСЕХБ. Предполагалось, что остальные пресвитеры, поддерживающие линию ВСЕХБ, будут отлучены самими верующими, воодушевленными призывом Оргкомитета.

Оргкомитет рассматривал свой шаг как акт низвержения бывших руководителей Союза евангельских христиан - баптистов и заявлял "о принятии на себя руководства церковью ЕХБ в СССР". Главари раскола надеялись, что отлучение наиболее известных пресвитеров и проповедников развяжет руки верующим, привыкшим по традиции склоняться перед авторитетом священнослужителя, и все приверженцы ВСЕХБ на местах тоже будут отлучены. Однако большинство верующих не поддержали раскольников.

После того как идея собрать съезд под руководством Оргкомитета рухнула, идеологи оппозиции развернули кампанию по "очищению" и "освящению" непосредственно в общинах, среди рядовых верующих. Во имя будущего спасения руководители раскола призвали верующих "приступить к практическим действиям по очищению и освящению" в каждой общине. Каждый, "кто дорожит спасением" и стремится идти путем "истинного христианства", должен "самым решительным образом приступить к самоиспытанию и самоисследованию, а также к проверке своих рядов" с целью "обнаружения греха". Каждый, кто будет уличен в совершении греховных действий, должен осудить себя перед лицом общины и путем покаяния очиститься. В противном случае община должна расстаться с обличенным отступником.

Каковы же те грехи, за которые нераскаявшиеся верующие подлежали отлучению?

Прежде всего, это - неверность, заключающаяся "в отступлении и в уклонении от учения господа" и проявляющаяся в "дружбе с миром", в "пренебрежении воспитания детей в наставлении господнем", в "уклонении от общения" с единоверцами и от молитвенных собраний, в забвении миссионерской проповеди. Иными словами: перечень "основных грехов", в которых должен был покаяться верующий, показывает, что Оргкомитет рассчитывал в ходе этой кампании избавиться от последователей ВСЕХБ на местах и через местные общины прийти к руководству в центре.

"Очищение" и "освящение" не принесли желаемых результатов. Во-первых, как признавали сами руководители раскола, не все верующие откликнулись на это: "Многие верующие и немало общин не восприняли призыва к освящению. Некоторые же верующие, хотя и отозвались на призыв к освящению, но практически не приступили к очищению в силу различных причин". Во-вторых, ВСЕХБ и его сторонники предприняли ответные акции и стали отлучать и исключать из общин активных ревнителей раскола. Несмотря на неоднократные призывы Оргкомитета "не признавать действительным отлучение верующих, поддерживающих движение по очищению церкви", число их продолжало расти. В итоге вместо "очищения" общин от последователей ВСЕХБ произошло "очищение" их от раскольников. Развернутая идеологами раскола кампания по очищению церкви обернулась для них кампанией по отделению от церкви*.

* (Практика отлучения из общин за разномыслие приобрела в 60-е-начале 70-х годов довольно широкий характер, на что обратил внимание генеральный секретарь Союза ЕХБ А. М. Бычков в отчетном докладе Всесоюзному съезду ЕХБ (1974 г.) и призвал служителей быть предельно осторожными в решении вопроса об отлучении. (См. "Братский вестник", 1975, № 1, стр. 48, 49.) )

Следствием острой борьбы в общинах в период с 1963 по 1965 год явилась консолидация сторонников Оргкомитета вне Союза ЕХБ, в рамках самостоятельной организации (Союз церквей евангельских христиан - баптистов во главе с Советом церквей). Такой результат был для оппозиционеров неожиданным. Более того, он противоречил их планам подчинения всей церкви своему руководству.

Потерпев поражение во внутрицерковной борьбе, и убедившись, что большинство верующих-баптистов не поддержали оппозиции, руководители раскола объяснили свою неудачу как временное отступление, вызванное якобы вмешательством государства во внутренние дела церкви. Раскольники объявили существующее законодательство о культах и политику партии в отношении религии и церкви противоречащими ленинскому декрету об отделении церкви от государства. Спекулируя на недостаточной осведомленности верующих в области действующего законодательства, раскольники провоцировали верующих на участие в массовых противозаконных акциях: в проведении молитвенных собраний вне культовых зданий - на улицах, площадях, в городском транспорте, организации специальных школ по обучению детей религии и т. п. При этом верующим внушалось, что подобные акции необходимы для сохранения веры и церкви и что они не имеют противозаконного характера. Идеологи раскола провозглашали себя и своих сторонников не только борцами за торжество идей христианства, но и за восстановление якобы попранных ленинских норм.

В Уставе Союза церквей ЕХБ, принятом в ноябре 1965 года, принцип отделения церкви от государства трактовался как возможность функционирования в государстве "совершенно свободного, независимого от государства" религиозного образования, которое в своих действиях руководствуется только своими целями и интересами и считает себя вправе соблюдать законы страны по своему усмотрению. Поскольку последователи раскола состояли не только из религиозных фанатиков, готовых последовать за своими руководителями, не считаясь с доводами рассудка, но и из людей, привыкших уважать законы своей страны, идеологи раскола пытались оправдать нарушение законодательства ссылками на Евангелие. Требование государственных органов соблюдать существующее законодательство о культах квалифицировалось как "преднамеренные действия администрации против верующих". Стремясь разжечь антиобщественные настроения, религиозный фанатизм, посеять среди верующих страх за будущее церкви, руководители раскола обратили главное внимание на проповедь в незарегистрированных общинах. Учитывая психологию и настроения членов этих общин, они надеялись найти здесь себе опору и поддержку.

Какую роль сыграл этот контингент верующих в зарождении и оформлении раскола?

Вернемся к начальному этапу истории Инициативной группы. Кто первым откликнулся на ее послания и обращения? Оказывается, в первую очередь верующие из зарегистрированных общин: они составили около 87,5 % сторонников Инициативной группы. Вышли они, как правило, из крупных общин, расположенных в больших городах и промышленных центрах. Таким образом, раскол в евангельском христианстве - баптизме в своей основе отражал противоречия и особенности функционирования зарегистрированных крупных городских общин. Это обстоятельство говорит о том, что истоки раскола надо искать в противоречиях процессов, углублявшихся в евангельском христианстве - баптизме по мере изменения сознания верующих под воздействием общественной жизни. Успехи социально-экономического развития, достижения научно-технической мысли и культуры и создают широкие возможности для духовного совершенствования человека, в первую очередь в больших городах, и являются мощным стимулом секуляризационного процесса, охватившего широкие слои верующих.

В условиях городской общины баптистов наметились две тенденции, формирующие облик современного верующего: одни верующие (их большинство) под влиянием социального и культурного прогресса стремятся преодолеть инерцию замкнутой религиозной среды и принять более активное участие во всех сферах общественной жизни. Другие борются за дальнейшее обособление, изоляцию, отчужденность, в которых видят единственно возможный путь сохранения своей веры и церкви.

Эти тенденции раньше и ярче всего проявились в крупных общинах, в которых, как правило, выше процент людей, в первую очередь молодежи, участвующих в общественном производстве, а соответственно, и активнее идет секуляризационный процесс. В то же время в крупных общинах сосредоточены основные руководящие кадры евангельского христианства - баптизма, которые, наблюдая жизнь общин изнутри, первыми отмечают изменения в поведении, настроении и отношении к религии верующих, стремятся силой своего духовного авторитета преодолеть нежелательные явления в церкви. На этой почве возникают споры и идейные разногласия в руководящей среде, образуются враждующие группировки.

Особое место в этих спорах принадлежит ВСЕХБ. В его руках сосредоточено духовное и организационное управление церковью. В силу такого положения возможности ВСЕХБ в лице центрального аппарата, старших пресвитеров и пресвитеров в осуществлении своей линии превосходят возможности его противников. Не случайно поэтому зарегистрированные общины, где влияние ВСЕХБ преобладает, первыми превратились в арену борьбы оппозиционных течений евангельского христианства - баптизма.

Рассмотрим теперь позицию тех незарегистрированных общин, которые откликнулись на послания и обращения Инициативной группы в первые месяцы ее существования. Статистический анализ групп раскольников, выделившихся из незарегистрированных общин, показывает, что 66,7 % от их общего числа образовали общины в тех областях, где до выступления инициативников зарегистрированных верующих вообще не было. Среди них общины Тульской, Челябинской, Свердловской, Омской и других областей. Все эти пункты представляют собой исторически сложившиеся центры евангельского христианства и баптизма. В силу особенностей экономического, социально-исторического и культурного развития отмеченных регионов, в них образовались довольно многочисленные городские общины со всеми характерными для крупных городских общин противоречиями и сверх того с повышенной религиозной активностью, фанатизмом и сплоченностью верующих. Большинство городских общин указанных районов, особенно за Уралом, являлись в прошлом еще и территориальными религиозно-административными центрами Союзов евангельских христиан и баптистов. Поэтому там сложился значительный контингент опытных и авторитетных пресвитеров и проповедников, оказавшийся в стороне от руководства Союзом ЕХБ. Они возглавили оппозицию против ВСЕХБ и превратили свои общины в опорные пункты раскола.

Если в первый период своей деятельности руководители раскола видели главную задачу в завоевании ключевых позиций в зарегистрированных общинах (чтобы взять в свои руки руководство церковью), то начиная приблизительно с 1964 года и особенно с образования Совета церквей ЕХБ в ноябре 1965 года их тактика меняется. К этому времени стало ясно, что столкновение со ВСЕХБ не принесло желанной победы раскольникам и не сулит ее в ближайшем будущем. Сложившаяся ситуация заставила руководителей раскола, не меняя в целом своей позиции в отношении зарегистрированных общин, обратить основное внимание на верующих незарегистрированных общин. Так, к концу 1965 - началу 1966 года в расколе оказалось в среднем 13% верующих всех зарегистрированных общин; крупнейшие зарегистрированные общины областных городов и других городских центров дали несколько более высокий средний процент раскольников - 19,4%. К этому же времени верующие-раскольники незарегистрированных общин составили 46% по отношению ко всем верующим незарегистрированных общин. Соответственно изменилась и направленность проповеднической деятельности руководителей раскола. Рассмотрим это на примере отношения руководителей раскола к регистрации общин.

Как известно, Инициативная группа, а вслед за ней и Оргкомитет в своих посланиях и обращениях к верующим и государственным органам много внимания уделяли наличию незарегистрированных общин ЕХБ, представляя это как факт дискриминационной политики государства в отношении верующих. Когда же органы власти предложили верующим зарегистрировать СВОИ общины и большинство из них откликнулось на это, руководители раскола, чтобы не потерять свою основную опору в верующих массах, решительно воспротивились регистрации, пытаясь изобразить ее... как очередную попытку ограничить свободу вероисповедания.

Стремясь воспрепятствовать регистрации, руководители раскола развернули массовую кампанию протеста, используя всевозможные демагогические приемы. Во-первых, они приступили к организационному оформлению движения в самостоятельный союз и закреплению в нем верующих и общин в уставном порядке. В обращении к верующим от 30 ноября 1965 года Совет церквей ЕХБ писал: "Вам известно, братья и сестры, что в последнее время от незарегистрированных церквей ЕХБ местные органы власти стали требовать, чтобы они зарегистрировались... Учитывая необходимость в едином взгляде на этот вопрос, Совет церквей ЕХБ счел своим долгом подать некоторые братские советы". К чему сводились эти советы? Прежде всего Совет церквей заявил, что в принципе он не против регистрации. Но каждая община, принимающая это решение, должна помнить, что якобы именно в результате регистрации "ВСЕХБ и большинство зарегистрированных церквей ЕХБ... оказались в полной зависимости от государства". Поэтому общинам (поместным церквам) представляется как бы возможность выбора - в одних случаях регистрироваться, в других - решительно отказаться от регистрации.

Совет церквей ЕХБ считает, что регистрироваться поместная церковь может в том случае, если этот шаг "не сопряжен с нарушением принципа независимости церкви и не порождает нарушения жизни и служения церкви по слову божьему". "Если же,- продолжают далее авторы обращения,- условия регистрации таковы, что ведут к вмешательству во внутреннюю жизнь церкви и к нарушению служения церкви по слову божьему, то такая регистрация является незаконной и от такой регистрации церковь должна отказаться, невзирая на последствия"*. На практике, противоречащей "принципам независимости церкви", объявлялась такая регистрация, которая предусматривала соблюдение верующими законодательства о религиозных культах. Иными словами, регистрация общин в органах власти квалифицировалась как акт, незаконный с точки зрения церкви.

* ("Братский листок", 1965, № 11, стр. 1-3.)

Наставляя верующих общин, Совет церквей ЕХБ вместе с тем позаботился, чтобы сами верующие не принимали самостоятельных решений. Однако многие верующие, вопреки указаниям Совета церквей ЕХБ, стали регистрировать свои общины, и к 1970 году Совет вынужден был изменить свою тактику. Он предложил всем своим общинам составить заявления с просьбой о регистрации, но на определенных условиях. Поскольку эти условия не были признаны, раскольники снова развернули кампанию о "дискриминации верующих".

Каких результатов добились руководители раскола в этот кульминационный для своего движения период?

В процессе борьбы враждующих группировок в общинах евангельского христианства - баптизма заметно активизировалась религиозная деятельность, независимо от их ориентации - на Совет ли церквей ЕХБ или ВСЕХБ. Это прежде всего сказалось на работе с молодежью, обучении детей религии и интенсификации миссионерства, причем последователи Совета церквей постоянно нарушали законодательство о культах.

Однако "внешняя миссия" баптизма, направленная на "евангелизацию страны", ощутимых результатов в плане социально-перспективного развития церкви не принесла, несмотря на то, что ряд общин пополнился новыми кадрами, завербованными главным образом из православия и других религиозных организаций и в меньшей степени - из среды неверующих. Более результативными оказались акции, предпринятые внутри церкви.

С точки зрения социально-демографической в расколе оказались верующие разных социальных и возрастных групп. Вместе с тем следует отметить, что общины раскольников отличаются более высоким процентом молодежи и лиц, занятых в общественном производстве. Так, лица, занятые в общественном производстве, в общине Совета церквей ЕХБ г. Сумы составили 63,8%, Витебска - 48,4, Ростова-на-Дону - 46, Москвы - 56, Ленинграда более 50, Новосибирска - 51% и т. д. Верующие до 30 лет в общине отколовшихся Москвы насчитывают 12%, Ленинграда - 15, Сум - 17,6, Тулы - 14, Воронежа 15,9, а Ростова-на-Дону - около 40%. Соответственно выше здесь и образовательный уровень. Характеризуя возрастной и социальный состав отколовшихся общин, исследователи баптизма А. И. Клибанов и Л. Н. Митрохин пишут: "...в данном случае мы имеем дело не с обновлением возрастного и социального состава баптистов, а именно с перестройкой его рядов, с перегруппировкой сил в пределах самой баптистской церкви... Это - "пластическая операция", выполняемая за счет самой церкви"*.

* (А. И. Клибанов, Л. Н. Митрохин. Кризисные явления в современном баптизме. М. 1967, стр. 30.)

Собранные нами данные о деятельности Совета церквей ЕХБ позволяют сказать, что Совет церквей повел за собой в среднем 16,5% верующих тех общин, в которых произошел раскол*. Эта цифра свидетельствует о том, что идеологам раскола, несмотря на невероятные усилия, не удалось захватить ключевые позиции в церкви. Они столкнулись с инертностью большинства верующих, отказавшихся вступить в борьбу во имя религиозных идеалов. Следует отметить, что раскол возглавили опытные пресвитерские кадры. Они сумели объединить вокруг себя и настроить определенным образом более молодых, но деятельных проповедников и руководителей общин. Среди пресвитеров лица, родившиеся до 1900 г., составили 42,5%, среди родившихся в период:

* (По данным 1966 года, когда активность раскола была наиболее высока.)

1901-1910 гг. составили 20%

1911-1920 гг. - 10%

1921-1930 гг. - 25%

1931-1940 гг. - 2,5%

Состав руководителей общин, не рукоположенных на пресвитерское служение, и проповедников по возрасту несколько моложе, а именно: родившихся до 1900 г. - 18,2%

1901-1910 гг. - 19,9%

1911-1920 гг. - 12,2%

1921-1930 гг. -32,0%

1931-1940 гг. - 16,0%

1941-1944 гг. - 1,7%

Основную часть молодых деятелей общин составляют выходцы из семей верующих - активистов и руководителей раскола.

Столь опытный пресвитерско-проповеднический состав, возглавивший раскол, позволяет предположить, что в своей деятельности он следует идейной линии, уходящей своими корнями в социально-исторические и идейные противоречия баптизма, возникшие задолго до раскола. Не случайно поэтому во взаимной борьбе за главенство в церкви идеологи ВСЕХБ и Совета церквей ЕХБ обращаются к авторитету своих предшественников, стремятся найти опору и оправдание своим действиям и поступкам в историческом прошлом церкви. Поэтому для эффективной критики идеологии баптизма необходимо внимательно изучить исторические корни, социальные и идейные противоречия, способствующие развитию внутри церкви острых кризисных ситуаций, ведущих к образованию враждующих течений и расколу.

Обратимся к истории.

предыдущая главасодержаниеследующая глава



ПОИСК:




Рейтинг@Mail.ru
© RELIGION.HISTORIC.RU, 2001-2021
При использовании материалов сайта активная ссылка обязательна:
http://religion.historic.ru/ 'История религии'