предыдущая главасодержаниеследующая глава

Альпинист на папском престоле

На конклаве, собравшемся для избрания преемника Бенедикта XV, царила растерянность. Старая предвоенная Европа отошла в прошлое. В России впервые в истории к власти пришли трудящиеся, объявив о наступлении новой эры в истории человечества - эры социализма.

Европейские страны с трудом выходили из послевоенного кризиса. Буржуазные политики кричали об угрозе коммунизма, который, если его не остановить, захлестнет всю Европу, завоюет весь мир. В католических странах царило беспокойство, беспрерывно возникали конфликтные ситуации с церковью. Повсеместно возникали новые партии, новые политические движения. В Италии к власти рвались фашисты, возглавляемые Бенито Муссолини, который отличался на заре своей политической деятельности ярым антиклерикализмом. Он был автором скабрезной книжки под многообещающим названием "Дочь кардинала".

Бенедикт XV, пытавшийся лавировать в этом противоречивом и быстро меняющемся мире, добился только того, что оттолкнул от Ватикана многих его бывших друзей. Его смерть открывала возможность исправить допущенные им промахи и ошибки, постараться наверстать упущенное. Но для того, чтобы добиться этого, его преемником должен был стать человек, обладающий определенными качествами - дипломатической ловкостью и изворотливостью, знанием международных проблем, авторитетом в среде церковных иерархов. А такого бесспорного кандидата среди итальянских кардиналов, из которых только и мог быть избран папа, не было. Поэтому выборы обещали быть долгими и трудными.

Так действительно и произошло. Вначале столкнулись две кандидатуры: любимчик папы Пия X кардинал Мерри дель Валь, находившийся при Бенедикте XV в опале, и ставленник итальянской королевской камарильи кардинал Маффи. Ни тот, ни другой, по существу, не имели реальных шансов занять папский престол. Победа любого из них еще больше осложнила бы и без того тяжелое положение римской курии.

После трех безрезультатных туров оба эти претендента сняли свои кандидатуры. На первый план выдвинулись кардиналы Гаспарри и Ла Фонтэн. Первый, статс-секретарь Бенедикта XV и главный редактор канонического кодекса, слыл изворотливым дипломатом, но был резким и язвительным в отношениях с приближенными, за что в курии его не любили. Второй, Ла Фонтэн, патриарх Венеции, занимал пост руководителя конгрегации священной канцелярии (инквизиции) при Пии X, поэтому для многих он был одиозной фигурой. Борьба между этими кандидатами развернулась весьма остро, но ни одному из них не удалось получить необходимых для избрания 2/3 голосов. Гаспарри получил 29 голосов, а Ла Фонтэн - 23 из 53. Это оказалось для них "потолком".

Официальное изображение Пия XI. Этот папа не скрывал своих симпатий к фашизму и его главарям Муссолини и Гитлеру. Он был одним из зачинателей антисоветского 'крестового похода' 1930 г
Официальное изображение Пия XI. Этот папа не скрывал своих симпатий к фашизму и его главарям Муссолини и Гитлеру. Он был одним из зачинателей антисоветского 'крестового похода' 1930 г

Конклав зашел в тупик. Выход предложил Гаспарри. Он выдвинул кандидатуру 65-летнего Акилле Ратти, архиепископа Милана, полгода назад получившего кардинальскую шапку. И хотя большинство кардиналов его совершенно не знало, он получил требуемые 2/3 голосов. Это был типичный компромиссный вариант.

Акилле Ратти слыл книжником и спортсменом. Друзья в шутку называли его "альпинистом". Этим видом спорта он действительно страстно увлекался в молодости. В районе Монблана его именем названа одна альпинистская тропа. Он также с удовольствием ездил на велосипеде, был неутомимым путешественником и даже в свое время намеревался принять участие в экспедиции на Северный полюс.

Ратти почти не занимался пастырской деятельностью. Окончив Грегорианский университет и академию св. Фомы в Риме, он на протяжении 30 лет заведовал Амброзианской библиотекой в Милане, знаменитой своими средневековыми инкунабулами*, и преподавал ораторское искусство в одной из семинарий. Здесь он получил прозвище "молодой старик". Пий X в 1914 г., незадолго до своей смерти, перевел его в Рим на пост вице-префекта (вице-директора) Ватиканской библиотеки. Пост этот в куриальной иерархии считался второстепенным, хотя и весьма доверительным, учитывая, что Ватиканская библиотека включает и секретный архив, хранящий вековые тайны католической церкви. До понтификата Льва XIII посторонние лица в библиотеку не допускались. Лев XIII открыл доступ в библиотеку наиболее "благонадежным" католическим историкам, но и им показывали далеко не все документы и, во всяком случае, не те, которые компрометировали церковь и папство. Понятно, что для префекта и его заместителя в библиотеке и секретном архиве не было тайн. Поэтому на эти посты подбирались особо проверенные и неболтливые прелаты, которые жили в кельях при библиотеке и почти никогда не покидали Ватикан, а если делали это, то только с особого разрешения самого папы. С другой стороны, библиотека была тем местом, куда стекались все церковные новости, слухи и сплетни. Ее посещали кардиналы и другие видные чиновники курии. Она была своего рода куриальным клубом. Естественно, ее префект и его заместитель были в силу этого хорошо информированы о ватиканских делах. К тому же оба руководителя библиотеки часто общались с папами, выполняя различные поручения по розыску тех или иных документов или материалов и данных. Все это позволяло им быть в курсе того, что творилось в куриальной "кухне".

* (Инкунабулы - первопечатные книги, восходящие к самому начальному периоду развития книжного дела.)

Ратти, находясь на новом посту, подружился с прелатом Черетти, занимавшим тогда пост секретаря по экстраординарным церковным делам в статс-секретариате.

С избранием на папский престол Бенедикта XV, вместе с которым Ратти учился в Грегорианском университете, позиции последнего в Ватикане заметно укрепились. Когда префект библиотеки - немецкий иезуит Франциск Эрле оставил свой пост и вернулся в Германию, Ратти был назначен на его место, что открыло перед ним новые перспективы. Теперь оставалось ждать лишь благоприятного случая, чтобы получить еще более высокую и выгодную должность. Намек на то, что такая возможность имеется, Ратти получил, когда представлял Бенедикту XV своего нового помощника, французского прелата, специалиста по Востоку, Эудженио Тиссерана, служившего во время первой мировой войны офицером генштаба французских войск в Сирии. Представляя Тиссерана папе, Ратти сказал в шутку:

- Вот мой военный атташе, ваше святейшество.

На что Бенедикт XV ответил:

- Раз уж ты обзавелся военным атташе, придется назначить тебя нунцием.

В 1919 г., когда встал вопрос о посылке папского представителя в Польшу, Черетти подсказал Бенедикту XV кандидатуру Ратти, которую папа охотно одобрил. Ратти владел французским и немецким языками, бывал в Германии и Австро-Венгрии, войска которых находились тогда на польских землях. Все это говорило в пользу его кандидатуры. Ратти, узнав от Черетти о предстоящем назначении, стал, согласно правилам хорошего тона, принятым в курии, отказываться от новой должности, ссылаясь на свою неподготовленность, незнание местных условий и тому подобные причины. Черетти посоветовал ему изложить свои соображения самому папе. Но на аудиенции с Бенедиктом XV Ратти сделал вид, что растерялся, против назначения не возражал и, таким образом, вскоре оказался в Польше. По совместительству Ратти был назначен апостолическим визитатором в Россию. Он якобы обратился к властям с просьбой разрешить ему въезд в РСФСР, но не получил ответа и вынужден был распроститься с мечтой развернуть деятельность на территории Советской страны. Находясь в Польше, Ратти был возведен в ранг титулярного епископа Лепанто. Он дружил с Пилсудским, который за два дня до конклава, избравшего Ратти папой, наградил его высшим польским орденом Белого орла. Спустя три года после назначения нунцием в Польшу в связи со смертью архиепископа Милана Феррари Ратти был отозван из Польши и назначен на его место. Вскоре он стал кардиналом, а затем и преемником Бенедикта XV. Таким образом "альпинист" успешно завершил восхождение на самую верхнюю ступень иерархической лестницы римско-католической церкви.

Акилле Ратти был сыном известного ломбардского текстильного фабриканта, сколотившего себе изрядное состояние темными махинациями. Его отец закупал по дешевке в Ливане сукно и продавал его за итальянское по более высоким ценам. У Акилле имелись отличные связи с влиятельной миланской буржуазией, которая, по существу, правила Италией. Эти связи тянулись и к лидеру фашистского движения Бенито Муссолини, логово которого располагалось в Милане. Ратти был сторонником примирения с Италией, его знали в придворных кругах, он даже был награжден королевским орденом святых Маурицио и Ладзаро. Говорили, что в Милане у него был роман с одной знатной дамой. Но церковное начальство смотрело на такие проступки сквозь пальцы. Ратти был тесно связан с иезуитским орденом. По-видимому, все это, вместе взятое, сыграло свою роль в его избрании на папский престол. Однако больше всего Ратти был обязан своим избранием ватиканскому статс-секретарю кардиналу Гаспарри. Злые языки утверждали, что Ратти обещал Гаспарри в случае своего избрания оставить его на посту статс-секретаря, что, впрочем, он и сделал. Более того, став папой, он назначил кардиналом племянника Гаспарри - Энрико.

С первых же минут своего избрания новый папа проявил себя ловким политиком. Чтобы задобрить своих противников - последователей Пия X, он назвался Пием XI. Не преминул он сделать и жест в сторону итальянского государства. Впервые после Пия IX он появился на балконе собора св. Петра, который выходит на одноименную площадь, являвшуюся территорией итальянского государства. Отсюда он и благословил верующих. Таким образом, новый папа нарушил данный Пием IX обет затворничества, чем показал, что является сторонником примирения с Италией.

предыдущая главасодержаниеследующая глава


Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, разработка ПО 2001–2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://religion.historic.ru/ "История религии"