предыдущая главасодержаниеследующая глава

Заключение

Мы рассмотрели основные моменты истории и политики Ватикана за последнее столетие.

На протяжении всего этого времени шел процесс приспособления папства и католицизма к империализму, переплетения ватиканской политики с политикой крупной буржуазии.

Связь католической церкви, как и других церквей, с капиталом укрепилась еще и тем, что в период империализма Ватикан стал крупнейшим владельцем акций капиталистических предприятий, земельных угодий, недвижимостей*. Ватикан тесно связан с крупнейшими банками мира и представляет собой большую финансовую силу. Капиталы Ватикана исчисляются приблизительно в 12 млрд. долларов. В 1963 г., как сообщил в парламенте 23 июня 1965 г. итальянский министр финансов, папский престол получил от своих капиталовложений в одной только Италии 3,5 млрд. лир чистого дохода. Это обстоятельство не могло не сказаться на политической ориентации папского престола.

*(Этому вопросу, в частности, посвящено интересное исследование прогрессивного итальянского публициста Дж. Грилли "Финансы Ватикана в Италии" (М.,1963).)

Враждебная интересам народных масс, политика Ватикана и католической церкви ослабила позицию церкви и способствовала углублению кризиса религии. Кризис религии прежде всего выражается в отходе широких масс от нее и от церкви, в росте атеизма и безразличия к религии.

Кризис религии, в частности католицизма, признают сами представители церкви. "Один из самых проницательных и хорошо информированных католиков нашего времени Жорж Урден, директор "Энформасьон католик энтернасьональ" и главный редактор журнала "Ля ви католик иллюстрэ", недавно заявлял: "Не надо обманывать себя. Большинство французов еще являются христианами только вследствие привычки. Несмотря на религиозный подъем, захвативший в нашей стране многие тысячи семей, мы часто наталкиваемся на механическое выполнение предписаний религии: за ними, по нашему мнению, скрывается равнодушие, которое все растет и может привести к исчезновению всякого религиозного чувства. За этим "религиозным фасадом" и таится страшная опасность. Значительная часть нашего народа - люди, обладающие серьезной технической и научной подготовкой, уже отошли от церкви. Эти факты порождают сильную тревогу и призывают нас к решительным действиям"*.

*(Ж.-К. Пулэн. Церковь и рабочий класс. М., 1962, стр. 86-87.)

В последние годы в печати появилось много статистических материалов, свидетельствующих об упадке влияния церкви среди самых различных слоев населения.

Одним из проявлений кризиса религии является также образование во многих странах, особенно в годы между двумя мировыми войнами, атеистических организаций - союзов свободомыслящих (фрайденкеров), рационалистов, безбожников и др. Эти организации образовали свое международное объединение - Всемирный союз свободомыслящих, существующий и в настоящее время.

Верующие все меньше считаются с директивами церковной иерархии по вопросам общественной жизни. Несмотря на антикоммунистическую пропаганду церкви, за коммунистов в Италии, Франции и ряде других стран голосуют миллионы католиков. В социалистических странах] католики активно участвуют в строительстве социализма. Это обстоятельство не могло не повлиять на позицию низшего духовенства, как и части церковной иерархии.

После второй мировой войны в некоторых странах возникли группы и течения левых католиков, во многом несогласных с церковным руководством. Это также свидетельствует о кризисе церкви.

(В книге-источнике отсутствуют страницы: 189-190)

... рация об этом на Ватиканском соборе, не носят обязывающего для церковных иерархов и деятелей характера.

Католическая церковь, имеющая 500 млн. последователей, огромный аппарат пропаганды, многочисленные массовые организации, могла бы много сделать в защиту мира. В действительности церковь не оказывает умиротворяющего влияния даже на буржуазные правительства и политических деятелей, афиширующих свою связь с церковью. Известно, что клерикальные партии, правящие в ряде государств, отнюдь не являются сторонниками разоружения и запрещения атомного оружия (например, в ФРГ).

В США католическая церковь выросла в мощную организацию с более 40 млн. последователей. В американском конгрессе (сенат и палата представителей) после выборов 1964 г. католическая фракция является самой многочисленной: из 535 депутатов 105 католиков (вторая по численности фракция по религиозному признаку - методистская- насчитывает 94 человека)*. Между тем и депутаты католики поддерживают агрессивную политику своего правительства во Вьетнаме и других странах.

*("Begegnung", 1965, N 4, S. 34.)

Все это расходится с папскими призывами к миру.

На соборе в Ватикане много говорилось о необходимости демократизировать церковную жизнь и возвратиться "к простому строю раннехристианской церкви". Эти требования все чаще встречаются на страницах церковных журналов. Так, католический журнал "Ворт унд Вархайт" писал, что до недавнего времени церковь была связана с сословно-патриархально-монархическими порядками. В жизни Ватикана значительное место отводится княжеским и дворянским родам, не играющим ныне роли. Поскольку в современном обществе сословного порядка больше нет, церковное обновление, как пишет журнал, должно это учитывать*.

*("Wort und Warheit", 1964, Juni - Juli, S. 420.)

Старый клерикализм, писал венский католический еженедельник "Ди Фурхе", внушал христианам, что они - только послушное орудие церкви; в наше время должен быть положен конец двухклассовому делению в церкви, не может быть и речи о том, чтобы миряне были инструментом в руках иерархии*.

*("Die Furche", 1963, N 22.)

Больше внимания уделяется сторонниками церковной реформы установлению нового отношения религии и церкви к науке. При этом они нередко признают, что в прошлом церковь допускала "ошибки" в этой области.

Большие разногласия вызвал в католической и некатолической печати за последние годы вопрос об отношении к научному наследию Тейара де Шардена.

Тейар де Шарден родился во Франции в 1881 г., учился в иезуитском колледже, 18 лет вступил в иезуитский орден и в 1911 г. был посвящен в сан священника. Одновременно с занятиями теологией и философией де Шарден работал как палеонтолог и геолог в Китае, Северной и Центральной Азии, на Яве, в Бирме, Южной Африке, был профессором высших католических учебных заведений и крупным ученым-исследователем. Церковь его преследовала. Иезуитский орден не разрешил ему работать во Франции, и он должен был последние годы жить в США, где и умер в 1955 г.

Тейар де Шарден - автор более 150 научных работ. Однако при его жизни они не были опубликованы, так как церковные власти этого не разрешали. Церковь преследует его и после смерти. 30 июня 1962 г. было обнародовано распоряжение священной канцелярии (инквизиции) Ватикана, предписывающее епископам, руководителям католических семинарий и ректорам университетов "оберегать" молодых людей от опасностей, содержащихся в творениях Шардена. До этого в 1958 г. инквизиция распорядилась изъять сочинения Шардена из библиотек духовных семинарий, а церковные власти Рима запретили католическим магазинам продавать его книги.

По определению инквизиции, работы Шардена в теологическом отношении "двусмысленны и содержат крупные ошибки". Как крупный ученый он понимал несостоятельность церковной картины мира и развивал материалистические взгляды по этому вопросу. Но как религиозный человек и священник, он оставался на позициях теологии. Тейар де Шарден старался соединить науку с религией. Он считал, что "истины откровения" не расходятся с наукой, и хотел создать синтез эволюционной теории и христианства. Между библейским учением о творении и эволюционной теорией, считал Шарден, нет противоречий, так как дело веры нельзя обосновать научно. Он видел в истории окружающего мира линию

поступательного развития, продолжавшегося миллиарды лет, и считал, что развитие жизни на протяжении миллионов лет нашло свое завершение в человеке. Так, развивая научные идеи, Тейар де Шарден старался соединить их с теологией. Официальная церковь признала это ошибочным.

Поскольку он перебрасывал мост от религии к науке и пытался объединить одно с другим, его взгляды привлекли сторонников среди тех, кто выступает за церковное "обновление". Инквизиция запретила произведения Шардена, однако католические деятели участвуют в издании его сочинений. Известный французский теолог Анри де Любак писал, что в его лице католическая церковь "имела сына, в каком наш век нуждается".

Борьба в церковных верхах вокруг Тейара де Шардена - одно из свидетельств кризиса религии.

Сторонники церковной реформы считают, что церковь должна отказаться от традиционного недоверия к науке и вступить в диалог с учеными. "Эксперты и специалисты в области естествознания,- заявил в октябре 1964 г. на соборе в Ватикане епископ Отто Шпюльбек,- находятся в большом затруднении, когда они говорят с нами об их проблемах, так как мы применяем устаревший язык прошедших времен, который чужд и не подходит для их мира, чтобы не сказать фальшив для тех проблем, которые эти люди должны решать".

Еще более остро, чем вопрос о диалоге с наукой, встал перед церковью вопрос о диалоге с людьми, стоящими вне церкви, и в первую очередь с марксистами. Многие представители церкви пришли или приходят к выводу, что нужен диалог с марксистами на основе равноправия сторон. Марксисты и атеисты имеют такое же право требовать уважения к своим взглядам, как верующие - к своим верованиям. В диалоге уже участвуют не только миряне, но в ряде случаев и священники. Первая такая встреча католиков с марксистами состоялась в 1964 г. в Кельне, вторая - в 1965 г. в Зальцбурге, третья - в 1966 г. в Хееренхимзее. Они были организованы "Обществом св. Павла", объединяющим университетских профессоров- католиков.

Коммунисты считают, что в решении многих жизненно важных проблем могут и должны сотрудничать рука об руку коммунисты с католиками, все люди, независимо от их религиозных и политических взглядов. Еще в 1936 г. Морис Торез, выражая думы всех коммунистов Франции, обратился к трудящимся католикам с призывом к совместной борьбе за мир, за предотвращение войны, за лучшие условия жизни. Политику "протянутой руки" к католическим массам настойчиво проводили и проводят все коммунистические партии. В практической жизни повседневно коммунисты работают рука об руку с католиками, протестантами, мусульманами, иудеями и людьми других религиозных убеждений. Так было и в годы войны против фашистских захватчиков и грабителей. В социалистических странах коммунисты широко сотрудничают с людьми, придерживающимися различных религиозных взглядов, в деле строительства социализма.

Со средних веков в церкви господствовало отрицательное отношение к "миру", хотя на деле церковь никогда не была чужда этому миру. Со времени Иоанна XXIII верх берет новый взгляд, что церковь должна признать мир и работать с ним и в нем. Но современный мир - это и мир социализма, это мир, в котором большим влиянием пользуются марксисты. Для диалога между марксистами и католиками имеется много важных объектов. Это не спор о богословских тонкостях, а диалог о том, как сохранить мир, как бороться с голодом, расизмом во всех его формах, как сделать достижения науки достоянием народов, как построить мир без эксплуатации человека человеком и т. д.

Среди церковных деятелей есть сторонники и противники диалога и встреч с марксистами.

Программа церковной реформы, которая в значительной мере вошла в решения Второго Ватиканского собора - демократизация церковного управления, веротерпимость, равенство религий, ограничение клерикальных тенденций в церкви и разграничение деятельности церкви и государства, лояльное отношение к науке и ученым и ряд других,- не выходит за пределы требований буржуазной демократии.

С огромным опозданием (что свойственно религиозной организации) католическая церковь приходит к выводу о необходимости в церковной жизни провести реформы, соответствующие требованиям буржуазной демократии, выдвинутым около столетия назад. Видный австрийский левый католический деятель Вильфрид Дайм писал, что нужно "дефеодализировать церковь"*. Отметим, что о "деканитализации" церкви нет еще и речи. И собор в своих решениях, и Ватикан, и, как правило, католическая иерархия стоят на позициях защиты и освящения буржуазного общества. В то же время среди духовенства есть люди, которых такое положение не удовлетворяет: они считают, что церковь должна стать "церковью бедных". Но и "дефеодализация" встречает сопротивление тех, для кого время остановилось.

*(Daim -Неег - Knoll. Kirche und Zukunft, S. 11-36.)

Показательна в этом отношении острая борьба среди французских католиков в связи со Вторым Ватиканским собором. Реакционные католические круги, ссылаясь на церковную традицию, организовали пропагандистскую кампанию против либерализации церковного курса и церковных реформ. По словам кардинала Фельтина, эти люди критикуют папу, собор, епископов, прибегают к клевете и лжи. Один из поборников этого течения священник Мишель де Сан Пьер выпустил в 1965 г. роман "Новые священники", направленный против церковной реформы и ее сторонников. В этом романе священники - сторонники обновления ("марксисты", как называет их автор) представлены в карикатурном виде, церкви у них пусты, а у противников реформы - переполнены. Роман вызвал широкие отклики, в частности в католических кругах и в печати*.

*("Herder Korrespondenz", April 1965, S. 299-302.)

Слабость церковной реформы, зафиксированной в решениях собора, - в ее половинчатости. В ходе дискуссии на соборе делались и радикальные предложения, но они постепенно сглаживались. Большинство участников собора поддерживало идею реформ, тем не менее результаты оказались весьма умеренными. Именно в этом умеренном духе решен вопрос и об Индексе запрещенных книг. Отныне он Ватиканом издаваться не будет. Как разъяснил кардинал Оттавиани, конгрегация вероучений будет издавать список книг, не рекомендуемых читать католикам. В отдельных случаях будет допускаться и осуждение книг. Кардинал высказался за усиление книжной цензуры региональными епископскими конференциями*.

*("Herder Korrespondenz", Juni 1966, S. 260.)

Но назад к прошлому вернуться невозможно. Это привело бы к углублению кризиса религии.

Антикоммунизм, который доминировал в политике Ватикана со времени Великой Октябрьской социалистической революции в России, привел папский престол к союзу с фашизмом. Даже гонение гитлеровцев на церковь и убийства священников не заставили папство изменить свою прогерманскую позицию. Документы, опубликованные после войны, убедительно свидетельствуют, что главной причиной этого был слепой антикоммунизм Пия XII и его окружения, страх перед укреплением Советского Союза в случае разгрома держав оси и прежде всего фашистской Германии. Но антикоммунизм не принес лавров Ватикану и католической церкви, а сильно ослабил позиции последней.

Политика союза церковной иерархии с реакционными силами непопулярна в католических массах. В среде церковной иерархии имеются, конечно, сторонники прежнего курса, сторонники политики антикоммунизма. Но в церкви все увеличивается число противников этого курса. Особенно сильны левые настроения среди низшего духовенства.

Марксисты приветствуют сдвиг влево, который происходит среди католиков. Коммунистические партии, придерживающиеся материалистической философии, борются за единство с католиками, как и со сторонниками других религий, ради достижения общих целей - защиты коренных интересов трудящихся и прежде всего всеобщего мира. Коммунисты помнят слова В. И. Ленина о том, что единство "действительной революционной борьбы угнетенного класса за создание рая на земле важнее для нас, чем единство мнений пролетариев о рае на небе"*.

*(В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 12, стр. 146.)

предыдущая главасодержаниеследующая глава


Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, разработка ПО 2001–2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://religion.historic.ru/ "История религии"