предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава 21. Религия древних римлян

Древнеримская религия представляет очень большой интерес для изучения как по своему чрезвычайно самобытному характеру, так и по тому значению, какое получили само Римское государство и его культура в истории человечества. Религия римлян, несмотря на ряд общих черт с греческой религией, порожденных частью сходными историческими условиями, частью прямым влиянием, отличалась, однако, совершенно своеобразным обликом.

Историческое развитие римской религии поддается изучению гораздо лучше, чем греческой: очень заметно, как она изменялась в связи с ростом Римского государства - от небольшой городской общины до огромной империи. Но вместе с тем в ней до самого конца оставалось много глубоко архаических черт.

Семейно-родовой культ

Одним из древнейших пластов религиозных верований и обрядов римлян, сохранявшимся очень прочно вплоть до конца существования самого Римского государства, была, как и у греков, родовая религия, культ семейно-родовых духов-покровителей. Устойчивость этой формы религии объясняется живучестью пережитков самой родовой организации, в особенности, видимо, в патрицианских фамилиях.

Римляне верили, что души или тени умерших - manes - являются покровителями семьи и рода. Очень обычным было выражение dii manes - "боги-маны". Сокращение этих слов - буквы "D. M" ("dis manibus" - "богам-манам")- постоянно встречается на надгробных памятниках. От слова "маны" происходит, между прочим, иногда употребляющийся в науке термин "манизм" - культ умерших, культ предков, а также теория, выводящая из этого культа всю религию. Маны сближались или даже отождествлялись с пенатами, которые первоначально олицетворяли домашнюю житницу или кладовую с припасами (от penus - провизия, съестные припасы), а в последующем стали домашними духами-хранителями.

К этим двум представлениям было близко и третье - лары (lares), которое, однако, имело более широкое значение. Лар - это вообще дух-покровитель; помимо lares familiares (семейные духи-покровители) существовали еще lares viales (духи-покровители путей), lares compitales (духи-покровители перекрестков), lares permarini (духи мореплавания), даже lares militares (духи военные).

Культ семейно-родовых покровителей, естественно, имел частный, узкосемейный или родовой характер. Семья под руководством главы чествовала своих предков-покровителей у домашнего очага. "Знайте, - писал Катон, - что за весь дом приносит жертву господин"*. Очевидно, аналогичным образом устраивались и родовые моления. Предметом их был обычно предок - эпоним рода, может быть легендарный или даже мифический. Так, род Клавдиев почитал своего предка-родоначальника Клауса; род Цецилиев - Цекулу; род Юлиев - Иула и т. д.

* (Cato. De re rustica, 193.)

По мере растворения древней родовой организации в государственной шел и процесс перехода от родовых форм культа к более широким. Некоторые родовые боги превращались в объекты общегосударственного культа (сохранились следы прежнего родового или фамильного происхождения некоторых римских богов). Есть мнение, например, что культ бога-покровителя стад Фавна с его веселыми карнавальными праздниками принадлежал вначале родам Фабиев и Квинктилиев, культ Геркулеса - родам Потициев и Пинариев, а культ Минервы - роду Науциев*. Это не исключает того, что некоторые из этих культов были занесены в Рим извне, быть может, в связи с пришлым происхождением самих родов - носителей этих культов; на своей прежней родине эти боги могли иметь свою историю, но вполне возможно, что в римскую религию они вошли вначале как родовые божества.

* (См. Т. Моммсен. Римская история, ч. 1. М., 1861, стр. 115.)

Древнеримское надгробие
Древнеримское надгробие

Необычайная живучесть семейно-родового культа у римлян видна хотя бы из того факта, что он продержался до полной победы христианства над старой религией: один из последних императорских указов, направленных против язычества, - указ Феодосия (392 г.) - запрещает именно отправление семейных обрядов в честь ларов и пенатов*.

* (См. Г. Буасье. Падение язычества. М., 1892, стр. 439-440.)

Семейно - родовой культ был связан у римлян с архаичным почитанием огня. Пенаты были духами домашнего очага. Но и культ огня получил также общегосударственную форму в связи с происхождением самой римской общины из родовых союзов. Неугасимый огонь, горевший в общинном святилище, олицетворялся в виде богини Весты - аналогия греческой Гестии; в обоих случаях олицетворение огня в женском образе может считаться пережитком эпохи матриархата. Веста не имела антропоморфных изображений, ее символом оставался натуральный, вещественный огонь, вечно горевший в храме. В этом еще одно доказательство глубокого архаизма культа огня у римлян.

Следы тотемизма

Не совсем ясен вопрос о наличии в римской религии элементов тотемизма. Во всяком случае, здесь его следов гораздо меньше, чем в религиях большинства других народов. Вероятно, тотемическое происхождение имело почитание капитолийской волчицы и сказание о волчице, которая вскормила Ромула и Рема - близнецов, основателей римской общины; однако обычно считают, что это сказание вместе с некоторыми другими религиозными представлениями заимствовано римлянами от этрусков. Но и самим италийским племенам, возможно, не были чужды тотемические верования. В умбро-сабельском предании, рассказывающем о переселениях племен после вторжения этрусков, говорится, что при переселении одно из племен шло под предводительством быка и на своей новой родине основало "Бычий город" - Бовиан; другое племя - предков племени пицентов - вела сорока (pica); третья группа, от которой берут начало гирпины, шла под предводительством волка (hirpus)*. В тотемическом происхождении этих преданий трудно сомневаться. Однако более прямые следы тотемизма в римской религии не обнаруживаются.

* (См. Моммсен, стр. 76.)

Погребальный культ

Хотя обряды семейно-родовой религии в честь предков исполнялись римлянами неукоснительно, их представления о загробной судьбе душ умерших были крайне смутны. Верили в подземное царство, подобное греческому Аиду, где властвует грозный Орк и куда идут все души умерших. Но существовала и вера в Элизиум - поля блаженных, куда попадают добродетельные души. Сохранялось при этом и более древнее представление, по которому тень умершего не теряет связи с телом. Интересно, что римляне старались сооружать гробницы близ дорог. На таких гробницах можно обнаружить многочисленные надписи. Судя по ним, верующие римляне были убеждены, что умерший поддерживает связь с живыми. В надписях нередки обращения к живым от имени умершего с просьбой вспомнить его добрым словом, совершить небольшое приношение и пр. Души безродных покойников, так называемые ларвы и лемуры, считались злыми, так как их некому было покормить; чтобы смягчить или отогнать их, устраивались особые обряды - лемурии, справлявшиеся в мае.

Аграрные культы

К числу древнейших слоев римской религии принадлежали также земледельческие и скотоводческие обряды и верования. В отличие от родовых форм культа, преимущественно патрицианских и городских, эти земледельческо-скотоводческие культы были сельскими и плебейскими. Однако резкой грани между теми и другими не было, ибо самое разделение города и деревни было для Древнего Рима весьма условным.

Сельскохозяйственные верования и обряды занимали несомненно видное место в религии римлян. Об этом свидетельствует уже один тот факт, что многие из важнейших божеств римского пантеона, получившие впоследствии разнообразные функции, были по своему происхождению связаны именно с земледельческо-скотоводческими культами. Так, например, Марс, в классическую эпоху считавшийся богом войны, вначале был божеством-покровителем земледелия и скотоводства, богом весны и оплодотворения. Ему был посвящен первый весенний месяц - март, когда в честь Марса устраивались празднества. Фавн был покровителем скота, богом пастухов, которые устраивали в честь его в конце зимы, 17 февраля, веселый оргиастический праздник - луперкалии. Богиня Венера, позже отождествленная с греческой Афродитой и ставшая богиней любви и красоты, первоначально была божеством садоводства и виноградарства*. Богом виноделия был также Либер, чисто плебейское божество. С земледелием был связан Сатурн, бог посева, чествовавшийся веселыми обрядами сатурналий в декабре, перед первым посевом, а также Церера, покровительница хлебных злаков. Бог рубежей Терминус был вначале, вероятно, охранителем полевых меж и границ; земледельцы справляли его праздник 23 февраля. В сложном образе Юпитера тоже присутствовал элемент земледельческих верований: Юпитер считался покровителем винограда и в этом своем качестве отождествлялся с Либером. Были, наконец, и разные другие божества, как Опа (Ops), Консус, богиня пастухов Палеса (Pales) и пр., представлявшие собой олицетворение отдельных сельскохозяйственных работ или связанных с ними явлений природы.

* (Clemen, S. 264.)

Большая часть древнеримских праздников, долго сохранявших свое значение, была связана по происхождению с аграрной и скотоводческой обрядностью. Помимо уже упомянутых сатурналий и луперкалий римляне справляли еще такие праздники, как цереалии (апрельский праздник посева в честь Цереры), апрельские и августовские виналии с жертвоприношениями Юпитеру - покровителю виноградной лозы, консуалии - праздник жатвы", справлявшийся в августе, февральские терминалии - и ряд других сельских праздников.

Римский пантеон

Сложный состав римского пантеона был порожден в значительной мере пестротой и сложностью происхождения самой римской общины. В состав этого пантеона вошли многие божества тех племен и родов, чьими покровителями они прежде считались. Известно, что римская община составилась из латинских, сабинских, этрусских и, может быть, иных племенных и родовых групп, но удельный вес каждой отдельной группы остается не совсем ясным, а поэтому не все ясно и в вопросе о происхождении сонма римских богов. Римляне сами различали в классический период в своем пантеоне две группы божеств: dii indigetes- старые, туземные, отечественные боги, и dii novensides (novensiles)- новые боги, пришельцы. Однако и в составе первой группы выделяются божества разного племенного происхождения*.

* (Некоторые исследователи, правда, сомневаются, что эти две группы - dii indigetes и dii novensiles - соответствуют разделению на старых и новых богов. Смысл этих обозначений действительно не очень-то ясен.)

Наиболее спорен вопрос об этрусском вкладе в римский пантеон (вообще этрусская проблема поныне остается нерешенной). Кое-кто приписывает этрусское происхождение богу Меркурию (от имени этрусского рода Меrси), богиням Минерве (этрусское Menerva) и Юноне (этрусское Uni)*. Есть мнение, что Юпитер стал верховным богом римлян под влиянием этрусков, чтивших в качестве верховного бога олицетворение молнии (Тина, Тиниа)**.

* (Clemen, стр. 119, 262. Моммсен, напротив, полагал, что культ Минервы, а также Нептуна заимствован этрусками от италиков (Моммсен, стр. 80).)

** (См. А. П. Каждан. Религия и атеизм в древнем мире. М., 1957, стр. 239-240.)

Но большинство римских божеств, видимо, местного италийского происхождения: они включались в римский пантеон по мере разрастания римской общины, вхождения в нее новых и новых племен и областей. Так, Диана была, кажется, местным божеством Ариции, Венера - древней италийской богиней садоводства. Марс (Маворс, Мармар) был, видимо, племенным богом сабинян - покровителем земледелия; конечно, не случайно созвучие его имени с названием сабинского племени марсов. На римском Палатине существовал древний центр культа Марса, но это означает лишь древность сабельского элемента в составе римского населения. Покровителем какой-то древней общины - видимо, тоже сабинской - был и бог Квирин, в позднейших представлениях сближенный с Марсом и с легендарным основателем Рима Ромулом. Вернее всего, что это был патрон-эпоним самого Рима, судя по архаическому названию римлян - квириты (может быть, от сабинского слова quiris - копье). Очень вероятно, что и некоторые другие боги римского пантеона из числа dii indigetes были первоначально покровителями общин, влившихся в Римское государство.

Однако подавляющее большинство древнеримских божеств носит совершенно иной характер. Многочисленные dii minores римского пантеона никогда не были покровителями каких-либо общин. В большинстве своем они являются не чем иным, как олицетворением различных сторон человеческой деятельности, которым они покровительствовали. В не дошедших до нас списках этих мелких божеств, так называемых Indigitamenta (содержание которых изложено частично Варроном, а позже христианским писателем Августином), указывается, в каких точно определенных случаях в какие моменты своей жизни к какому из этих богов должен был обращаться с молитвой верующий римлянин. - Каждый шаг человека, начиная с самого его появления на свет, находился под покровительством того или иного божества, функция которого была чрезвычайно ограничена. Боги эти имели не собственные имена, а нарицательные, по выполняемой каждым из них функции (возможно, что имена были, но тайные, и они остались нам неизвестны).

Так, первый крик новорожденного ребенка был под покровительством бога Vaticanus; членораздельной речью его руководили боги Fabulinus, Farinus, Locutius. Есть и пить учили ребенка богини Educa и Potina. Когда дитя начинало ходить, богиня Аbеопа выводила его из дома, а Adeona приводила домой. Физическому росту ребенка покровительствовали боги: Ossipago, укреплявший его кости; Statanus, выпрямлявший его корпус; богиня Саrпа, помогавшая расти его мускулам. После поступления мальчика в школу богиня Iterduca водила его ежедневно туда, a Domiduca сопровождала домой.

Вход в дом охраняли три бога: Forculus - олицетворение дверных створок, Limentinus - порога, богиня Cardea - дверных петель и т. д.

Каждый шаг, каждое действие человека имело своего бога. Естественно, что подобных мелких божеств было неисчислимое множество. Немецкий исследователь Герман Узенер назвал эту, по его мнению древнейшую, категорию богов "мгновенными богами" (Augenblicksgötter). Нетрудно видеть, что наше слово "бог" не совсем соответствует римскому понятию "deus", означавшему самые разнообразные олицетворенные образы и сверхъестественные существа.

Очень многие из этих божеств были связаны с земледелием (примеры уже приводились выше) и другими видами хозяйственной деятельности. Вместе с развитием культуры и появлением новых занятий и культурных благ рождались и новые боги. Так, например, медная монета находилась под покровительством бога-медника Эскулануса, а когда в 269 г. римляне ввели серебряную монету, вместе с ней появился на свет и новый бог - Аргентинус (сребреник), который стал считаться сыном первого. Когда в конце эпохи республики была введена система подвоза продовольствия из провинций и раздачи хлеба (анноны), то объявилась и богиня Аннона, которой стали молиться об обильном привозе хлеба.

Каждый мужчина имел своего личного духа-покровителя - гения. У женщин были свои богини-покровительницы - юноны, которые благоприятствовали их брачной жизни, рождению детей. Культ личных духов-покровителей - гениев и юнон - исторически восходит, очевидно, к древнему нагуализму. По весьма справедливому замечанию советской исследовательницы Е. М. Штаерман, в развитии представлений о личном гении-покровителе отразился распад древних родовых и общинных связей: вначале гении были, видимо, родоначальниками и покровителями рода*. Недаром слово "genius" происходит от глагола "genere"-рождать.

* (См. Е. М. Штаерман. Мораль и религия угнетенных классов Римской империи. М., 1961, стр. 25.)

Помимо личных гениев были и многочисленные гении-покровители местностей (genii locorum), видимым символом которых обычно считалась змея. Эти гении мест близки к упомянутым выше ларам, и на практике едва ли между теми и другими проводилась ясная грань.

Вопрос о происхождении великих божеств римского пантеона сложен. Некоторые из них, как уже говорилось, были когда-то покровителями отдельных общин и племен. Но большинство представляло собой в значительной мере непосредственное олицетворение отдельных отвлеченных понятий, имевших отношение к общественной и государственной жизни. Римляне почитали такие божества, как Мир (Pax), Надежда (Spes), Доблесть (Virtus), Справедливость (Justitia), Счастье (Fortuna) и пр. Эти чисто абстрактные обозначения содержали в себе весьма мало черт живых личных образов, еще меньше мифологии. Их трудно даже назвать настоящими олицетворениями. Однако в честь их в Риме строились храмы, приносились жертвы. Мифологическая фантазия римлян была чрезвычайно бедна, антрономорфизация богов весьма слаба.

Мало отличаются от чисто нарицательных обозначений и такие имена божеств, как Беллона - богиня войны, Терминус - бог границ, Юнона - богиня семьи и деторождения, впоследствии мифологически (под греческим влиянием) связанная с Юпитером как его супруга.

Наименее ясно и, по-видимому, наиболее сложно происхождение образа главного бога римлян классической эпохи-Юпитера, о котором отчасти уже говорилось. В основе своей это, вероятно, олицетворенное сияющее небо - Небо-отец (Jovis-pater>Jappiter) - образ, параллельный санскритскому Дьяус-питар, греческому Зевс-патер. Этот элемент в сложном образе Юпитера отчетливо виден, однако едва ли это оправдывает мнение старых ученых о Юпитере как о древнем общеиндоевропейском божестве. Имя его употреблялось и нарицательно, в смысле просто неба: sub jove - значит просто под открытым небом, sub jove frigido - на холодном воздухе. В то же время Юпитер - бог грома и молнии (возможно, под влиянием этрусского Тиниа). С другой стороны, как уже говорилось, в Юпитере римляне видели и бога-покровителя виноградной лозы, отождествляя его с Либером. Далее, Юпитер считался (вероятно, в подражание греческому Зевсу) богом-защитником гостеприимства, нравственности, семейной жизни. Возможно, что римляне вначале признавали неопределенное множество юпитеров, как проявления некой безличной силы. По преданию, царь Тарквиний (этрусского происхождения) соорудил храм Юпитеру на Капитолийском холме, и Юпитер Капитолийский стал считаться покровителем города. Позже он стал и верховным покровителем всего государства и национальным богом римского народа.

Сложен также и образ бога Марса. Его первоначальный облик племенного (видимо, марсийско-сабинского) бога и покровителя земледелия постепенно отступил перед позднейшей более специализированной функцией - бога войны. По мнению некоторых исследователей, это произошло потому, что землю римские крестьяне добывали копьем и мечом, отнимая ее у соседних народов: бог полей стал богом войны. Как таковой, Марс был позже приравнен к греческому Аресу.

Каково бы ни было происхождение отдельных образов римских богов, культ их по мере создания и роста Римского государства принял характерную для античных обществ форму - почитания богов-покровителей полиса. Подобно греческим (и восточным) богам, боги Рима считались патронами своего государства. "Как Римское государство было замкнуто в отношении к другим, - писал справедливо Моммсен, - так и римские боги стояли в прямой противоположности с чужеземными, - и оба круга были распространяемы не иначе как одновременно: когда переселяли в Рим граждан завоеванного города, то приглашали и богов на новое место... Как всякий почитал своих собственных богов, так и государство имело своих особенных богов"*. Древнейшими богами Римского государства Моммсен считал троицу - Юпитер (Йовис), Марс, Квирин, - представлявшую вначале "три трибы народа", из которых это государство составилось. Более поздней надо считать тенденцию к созданию сонма богов наподобие греческого олимпийского пантеона и, очевидно, под греческим же влиянием. Поэт Энней (II в. до н. э.) упоминает 12 главных богов Рима: Юнона, Веста, Минерва, Церера, Диана, Венера, Марс, Меркурий, Юпитер, Нептун, Вулкан, Аполлон. Писатель I в. Варрон прибавляет к ним еще 8: Янус, Сатурн, Гений, Солнце, Орк, Либер-отец, Земля, Луна.

* (Моммсен, стр. 113.)

Таким образом, господствующей формой религии Рима в классический период, его официальной религией стал, как и в греческих республиках культ полисных богов.

Помимо представлений о богах (del) и других личных сверхъестественных существах в римской религии до конца сохранялось глубоко архаичное представление о некой безличной сверхъестественной силе - numen. Это слово (от глагола "nuere" - двигать, приводить в движение) означало какую-то таинственную могучую потенцию, присущую главным образом богам (numen deorum), a также и некоторым людям: впоследствии говорили о numen imperatorum (божественность императоров). Идея нумен - своеобразная аналогия океанийской мана. Впрочем, слово это употреблялось и в личном смысле, вместо понятия бога.

Формы культа

Как бледны и сухи были образы римских богов (в отличие от красочных и ярких порождений греческой религиозной мифологии), так же сух, трезв и строго формален был в Риме и культ этих богов. Какой-либо мистики, попыток войти в интимное общение с божеством римская религия, по крайней мере официальная, совершенно не знала. Культ сводился к выполнению в строго определенные моменты и в точно предписанных формах известных обрядов, жертвоприношений, к произнесению узаконенных формул. Не допускалось никакого отклонения ни в действиях, ни в словах обращений к богам от установленного шаблона. Сами молитвенные формулы представляли собой точное и мелочное перечисление того, что молящийся предлагает божеству, и тех благ, которые он за это от него ожидает. Для избежания сомнений слова молитвы подкреплялись жестами: упоминая землю, надо было прикоснуться к ней рукой; произнося имя Юпитера - поднять руки к небу; говоря о самом себе, молящийся ударял себя рукой в грудь. Особенно важным считалось назвать правильно имя бога, в противном случае молитва теряла свою силу; поэтому в молитвенных формулах делались обычно оговорки, которые должны были застраховать от возможных ошибок, например: "Юпитер благой и великий или каково бы ни было имя, угодное тебе". Строгий формализм в выполнении обрядов сочетался, однако, со своеобразным искусством обманывать богов, создавая видимость жертвы с минимальными затратами. Вместо того, например, чтобы принести богам в жертву столько-то голов (скота или людей), римлянин довольствовался поднесением богам такого же количества головок чеснока. Пунктуально выполняя свои обязательства перед богами, римлянин в то же время не хотел давать им ничего лишнего. В этой черте религии, как и в отсутствии яркой и образной мифологии, очевидно, сказался национальный характер римского народа, практичного, расчетливого, не склонного ни к эксцессам, ни к полетам поэтической фантазии.

Гадания

Крупную роль в римской религии и в общественно-политической жизни играла система гаданий (мантика) и предзнаменований. Перед каждым важным общественным делом - перед началом войны, походом, сражением, заключением мира, постройкой здания - римляне неукоснительно испрашивали указания со стороны богов. Самыми употребительными способами мантики были гадания по полету птиц (ауспиции - дословно "смотрение на птиц"), гадания по тому, как священные куры клюют зерно, гадания по виду молнии. У этрусков римляне заимствовали систему гаданий по внутренностям жертвенного животного - гаруспиции (есть мнение, что этруски в свою очередь принесли эту форму гаданий со своей прежней малоазиатской родины- известно, что у народов Месопотамии она была в большом ходу); лучшими гаруспиками считались у римлян до самого конца республики этрусские гадатели. Очень большое значение имели и толкования разных предзнаменований, чаще всего в виде тех или иных необычных явлений природы; всякие такие явления обычно считались неблагоприятными знамениями.

Гадание по внутренностям жертвы (гаруспиция). Античный барельеф
Гадание по внутренностям жертвы (гаруспиция). Античный барельеф

Система гаданий также отличалась крайним формализмом. Характерен анекдотический эпизод, относящийся ко времени самнитских войн и записанный у Ливия. Командующий римским войском консул Папирий, улучив благоприятный момент, собирался напасть на противника. Солдаты, как и сам консул, были воодушевлены желанием сражаться. Жрец-гадатель, разделявший это настроение войска, совершил по обычаю перед началом сражения положенное гадание и объявил консулу, что результаты его благоприятны, что куры хорошо клюют данное им зерно. Но перед самым началом боя Папирий вдруг узнал, что жрец сказал ему неправду и что в действительности результаты гадания были неблагоприятны. Папирий, однако, заявил: "Это его дело; если жрец солгал, он будет за это наказан; что же касается меня, то мне объявлено, что ауспиции благоприятны, и я считаю их таковыми". Сражение было начато и выиграно, но предание говорит, что жрец во время боя был убит.

В противоположность мантике магия в римской религии не имела широкого применения, по крайней мере в официальном государственном культе. Строго почтительный к своим богам, римлянин ожидал от них помощи и покровительства во всех необходимых случаях жизни и к самочинным магическим действиям прибегал редко.

Изображения богов и храмы

Изображений богов, статуй, идолов римляне первоначально не знали, и в этом опять проявился чисто рассудочный, лишенный эмоционального и поэтического характер римской религии. Материальными символами отдельных божеств служили те или иные предметы, вероятно бывшие некогда простыми фетишами. Марс символизировался копьем, Юпитер - камнем. Символом Весты был, как уже говорилось, священный неугасимый огонь. Делать статуи своих богов римляне начали уже позже, в подражание грекам. Наряду с этим крестьяне продолжали придерживаться обычая чтить в качестве символов богов старые пни и большие камни.

Напротив, изображения умерших делались у римлян издавна. Эти изображения имели вид посмертных масок или бюстов, которые хранились в каждой семье. Этот обычай, по-видимому, перешел к римлянам от этрусков.

Первоначально не было и настоящих храмов. Римский templum вначале был просто огороженным местом для гаданий, прежде всего для наблюдений за небом. Отсюда происходит, кстати, и латинский глагол "contemplari" - наблюдать, рассматривать. Это освященное место служило и для важных общественных действий, собраний сената и пр. Одним из древнейших и главнейших храмов был Templum Capitolinum, посвященный Юпитеру. Позже римляне стали, опять-таки подражая грекам, строить храмы-святилища для своих богов. Но в архитектуре их было одно характерное отличие от греческих храмов, развившихся из жилого дома: передняя часть римского храма представляла собой обширный открытый портик, откуда наблюдали небо*.

* (См. М. М. Кобылина. Искусство Древнего Рима. М.-Л., 1939, стр. 121.)

Жрецы

Строго официальный характер римской религии сказался и в том, что служители ее - жрецы были должностными лицами государства. Особого жреческого сословия Рим никогда не знал, и самостоятельной роли жрецы не играли. Однако в Риме издавна существовали жреческие коллегии, члены которых вначале просто кооптировались, а потом стали выбираться. Древнейшими коллегиями были: понтифики, фециалы, фламины, луперки, салии, ареалы, авгуры, весталки и некоторые другие.

Понтифики, которых было в древности 3, позже 6, 9, при Сулле 15, при Цезаре 16, - должностные лица, следившие за календарем, назначением праздников и пр. Они знали благоприятные и неблагоприятные дни (dies fasti et nejasti), хранили память об исторических событиях и преданиях, позже стали вести их запись, знали систему мер и весов. Самое слово "pontifex" (буквально мостостроитель) указывает на какую-то связь этих жрецов с рекой Тибром: по мнению Моммсена, это были первоначально инженеры, ведавшие наведением и разведением мостов*. Глава коллегии - pontifex mazimus - вел общий надзор за всем, что касалось религии, и обладал некоторыми полицейскими правами.

* (См. Моммсен, стр. 117.)

Фециалы были не столько жрецами, сколько вестниками, глашатаями, послами римской общины в ее сношениях с соседями. Они объявляли войну и заключали мир, соблюдая традиционные религиозные обычаи. Они хранили в памяти договоры с другими общинами. Фециалов было 20; 2 из них считались главными: verbenarius, носивший священную траву с Капитолия, и pater patratus, уполномоченный по заключению договоров.

Авгуры составляли влиятельную коллегию гадателей. Их было вначале 3, впоследствии 16. Их обязанностью было давать ответы должностным лицам республики о благоприятных и неблагоприятных знамениях. Эта чисто пассивная роль ограничивала самостоятельность и политическое влияние коллегии авгуров.

Руководство жертвоприношениями лежало на особом жреце, именовавшемся "rex sacrorum" (царь священнодействий). В этой должности можно видеть остаток древней царской власти, но в эпоху республики политическое значение должности было невелико.

Коллегия 6 весталок - жриц богини Весты - пользовалась большим почетом. Весталками становились обычно девушки из знатных фамилий, оставаясь в этом звании 30 лет. В течение этого времени они должны были соблюдать обет безбрачия и строгого целомудрия; нарушение обета каралось жестоко: виновную зарывали живьем в землю. Главной обязанностью весталок было поддерживать неугасимый огонь в храме Весты. Во главе коллегии стояла virgo vestalis maxima, пользовавшаяся огромным общественным авторитетом: она, например, имела право освобождать от смерти преступников, если они встречались с нею на пути к месту казни.

Фламинами назывались жрецы - служители отдельных богов, подчинявшиеся общему руководству верховного понтифика. Их было 15; из них 3 - служители Юпитера, Марса и Квирина - считались старшими. Фламины приносили жертвы богам. Они пользовались большим почетом, особенно flamen dialis (жрец Юпитера), но зато подвергались множеству тягостных ограничений и запретов. Так, например, фламин Юпитера не мог ездить верхом, произносить клятву, выходить с непокрытой головой, прикасаться к сырому мясу, козе, плющу, бобам и пр.

Несколько своеобразный характер имели коллегии салиев, арвалов и луперков, может быть связанные не с государственной римской религией, а с древними народными земледельческими культами. Салии("скакуны")составляли две корпорации: одна была связана с палатинским культом Марса, другая - с квиринальским культом Квирина. Тех и других было по 12. Выполнявшиеся ими обряды сильно отличались от торжественного и строгого официального культа: они состояли в плясках и пении. В этом можно видеть какие-то остатки шаманских действий.

"Братья арвалы" - их было тоже по 12 палатинских и квиринальских - ведали обрядами в честь земледельческих божеств Марса, Dea dia и др. Луперки - жрецы скотьего бога Фавна. В праздник луперкалий они бегали полуголые, в одних набедренных кожаных повязках, изображая волков, и хлестали ремнями нерожающих женщин, чтобы избавить их от бесплодия. В обрядах луперков сохранились несомненно остатки древнего оргиастического аграрного культа.

В институтах римского жречества сохранялись и другие глубоко архаичные пережитки. Например, недалеко от древнего города Ариции, на берегу озера Неми, в лесу, посвященном богине Диане, находилось святилище, охраняемое жрецом, который носил своеобразное имя - rex Nemroensis (лесной царь). Этот "царь" был, впрочем, несчастнейшим существом: его мог по обычаю убить всякий, кто хотел занять его место. Для этого претендент должен был только, войдя в священную рощу, сломить с одного из деревьев "золотую ветвь", после чего он мог напасть на "лесного царя" и убить его мечом. Вот почему этот "царь"-жрец постоянно караулил дерево с обнаженным мечом в руках, не зная ни часу отдыха. Понятно, впрочем, что желающих занять эту почетную, но опасную должность находилось мало: обычно это были беглые рабы, которым нечего было терять.

Этот странный обычай, сохранявшийся вплоть до императорской эпохи (он соблюдался еще во II в. н. э.), послужил отправной точкой для чрезвычайно интересных исследований Джемса Фрэзера о "золотой ветви". На основании огромного сравнительного материала, занявшего целых 12 томов, Фрэзер попытался выяснить, из каких элементов складывалась традиция столь необычного порядка замещения должности жреца Дианы Арицийской и что вообще представляли собой этот обычай и связанные с ним верования. Фрэзер установил, что здесь перед нами комплекс глубоко древних поверий, относящихся к олицетворению духа растительности. "Лесной царь" - человеческое воплощение духа священного дерева - дуба, как бы его живой двойник. Дух дерева и тем самым душа жреца таинственно связаны с омелой, паразитическим растением, которое встречается на дубе и которое считалось тоже священным. Сломив ветвь омелы - "золотую ветвь", можно как бы овладеть душой ее хранителя - жреца, после чего нетрудно было и умертвить его. Самое же умерщвление - остаток древних человеческих жертвоприношений, связанных с аграрным культом плодородия.

Важнейшие жреческие коллегии Рима находились целиком в обладании патрициев, полноправных граждан государства. Жреческие должности в древнейший период были в их руках одним из орудий борьбы против плебеев. Плебеи, естественно, добивались доступа к жреческим должностям, особенно к таким, как понтификат. По "закону Огульниев" в 300 г. до н. э. плебеи получили наконец право занимать должности понтификов, и это было важным шагом к уравнению их в правах с патрициями. После этого закона в руках патрициев осталась только часть жреческих должностей, не имевших уже большого Политического значения: должности старших фламинов, луперков, салиев, "царей священнодействия" и весталок.

В более позднее время борьба за демократизацию государственного строя привела к принятию "закона Домиция" (104 г. до н. э.), по которому должности понтификов и авгуров стали замещаться на выборах в народных собраниях. Этот закон был отменен во время сулланской реакции (81 г. до н. э.), но восстановлен в консульство Цицерона (63 г. до н. э.).

Жрецы и их объединения ни в какой степени не были обособлены от общественной жизни. Жреческие должности занимались, как и любые другие должности, светскими людьми, с той только особенностью, что они были обычно пожизненными. Можно было совмещать сан жреца с общественной деятельностью, а зачастую он был лишь почетным званием. Тиберий Гракх еще молодым был избран в коллегию авгуров, как позже Цицерон. Юлий Цезарь с 13-летнего возраста считался фламином Юпитера, а в 37 лет был избран верховным понтификом. Позже эту должность занимал Лепид, а после смерти последнего - Октавиан Август. Преемники Августа, императоры, держали в своих руках в числе прочих магистратур также и верховный понтификат.

Религия и классовый строй

Подобно всем другим религиям древних народов, религия Рима выражала собой противопоставление римской общины всему внешнему миру. Боги Рима были покровителями государства в его борьбе с врагами. Но это противопоставление переносилось и внутрь общины. Плебеи вначале не участвовали в официальном культе. Они не имели права прибегать к ауспициям. На этом основании ("auspicia поп habetis") патриции отказывали плебеям в праве занимать общественные должности. Когда плебеи добились равноправия, неравенство не исчезло, а было еще более углублено: с развитием рабства религия становилась одной из форм противопоставления рабовладельцев рабам. Рабы, чужеземцы по происхождению, уже одним этим отстранялись от культа. Так как за рабом вообще не признавалось человеческих прав, его труд и время принадлежали его хозяину, то понятно, что хозяева не одобряли расходование рабами своего времени на дела культа. Очень хорошо выразил точку зрения рабовладельцев Катон, расчетливый и строгий хозяин: Катон запрещал даже рабу-виллику (управляющему фермой) приносить жертвы, кроме как в праздник компиталий, запрещал ему советоваться "с предсказателями, авгурами, гадателями и астрологами"*. Только во время старинного земледельческого праздника сатурналий как бы забывались социальные различия: рабы не только участвовали в праздничных развлечениях, но по древнему обычаю они в эти дни пользовались привилегиями - ели и пили за столом своего хозяина, и он даже прислуживал им. Глубокий архаизм этого обычая состоял в том, что в дни сатурналий как бы возрождались первобытнообщинные порядки.

* (Катон, Варрон, Колумелла, Плиний. О сельском хозяйстве. 1937, стр. 92.)

Глубокое влияние классовых противоречий римского общества на религию прекрасно выяснено советской исследовательницей Е. М. Штаерман ("Мораль и религия угнетенных классов Римской империи", М., 1961). Она очень убедительно показала, что рабы, отпущенники и свободная беднота Рима имели не только свою особую классовую мораль, отличную от морали рабовладельческой знати, но и их религиозные верования не совпадали с официальной религией Рима. Они чтили своих излюбленных богов - особенно Добрую богиню (Вопа dea), Приапа, еще больше Сильвана, а также другие простонародные божества, почти не занимавшие места в официальном государственном культе. В этих своих богах "маленький человек" видел своих защитников от сильных людей, видел охранителей своего небольшого земельного участка, своего убогого домашнего скарба.

Исторические изменения, заимствования

Историческое развитие римской религии состояло главным образом в том, что по мере роста государства, включения в его состав новых и новых областей, сначала в Италии, затем и за ее пределами, римский пантеон тоже пополнялся новыми богами и богинями. Особенно крупное значение в этом смысле имело влияние греков. Впервые оно сказалось еще в древнейшую эпоху и шло через греческие колонии на западном берегу Италии: Кумы и Неаполь. Тогда попали к римлянам греческие боги Аполлон, Геракл (отождествленный просто по созвучию имен с римским Геркулесом) и некоторые другие. Тогда же, еще в царский период, римляне начали, по образцу греков и этрусков, строить первые храмы и воздвигать статуи богов. К тому же древнему времени относится и легенда о получении из Кум так называемых Сивиллиных пророческих книг, что будто бы привело и к заимствованию Римом греческих обрядов. Сильное влияние греческая религия начала оказывать на Рим после Тарентинской войны (начало III в. до н. э.) и подчинения греческих колоний Южной Италии, а еще более сильное - после покорения Римом самой Греции (середина II в. до н.э.). Подчиняясь очевидному культурному превосходству греков, римляне перенимали богатую и разнообразную греческую мифологию, переносили ее на своих скучных и безжизненных богов. Эти боги сближались и отождествлялись с греческими. Юпитер был отождествлен с Зевсом, Юнона с Герой, Минерва с Афиной, Диана с Артемидой, Марс с Аресом, Венера с Афродитой и т. д. Постепенно устанавливался греко-римский синкретический пантеон, в котором сами верующие перестали различать национальное происхождение богов.

Иной характер носило заимствование восточных культов. Резко отличавшиеся от римской религии по своему облику и содержанию, выросшие на иной социально-политической почве, эти культы, проникнутые мистицизмом, идеями потустороннего воздаяния и пр., встречали довольно подозрительное к себе отношение со стороны римского правительства и аристократии. Они не могли, подобно греческой религии, войти органически в официальный римский, культ. Правда, еще в 204 г. до н. э. в Рим был официально доставлен священный камень фригийской Великой матери (из Пессинунта) и учрежден культ этой богини. Это был исключительный случай. Староримский чопорный патрициат крепко держался за своих древних богов и свысока или подозрительно смотрел на разные религиозные новшества, шедшие от варваров. Но народные массы, городской неимущий люд, рабы, напротив, охотно почитали египетскую Исиду, Анубиса, Сераписа, разных сирийских и малоазиатских богов. В них они видели "спасителей", а римские официальные боги им ничего не давали. Культы восточных божеств нередко носили оргиастический характер. Однако это порицалось и даже запрещалось римскими властями. К 186 г. до н. э. относится сенатский декрет против вакханалий, при праздновании которых почитатели фракийско-фригийского бога вина предавались разным излишествам и постыдным действиям. Сенат привлек к суду до 7 тысяч участников этих религиозных оргий, и более половины виновных поплатилось жизнью. Несмотря, однако, на эти суровые запретительные меры, восточные культы продолжали неуклонно просачиваться в Рим. В этом косвенно проявлялось превращение римской общины в центр великой средиземноморской многонациональной империи. Особенно ярко стало это сказываться, разумеется, в позднее время, в эпоху разложения античного Рима (III-IV вв. н. э.), когда культы Митры, Исиды, Аттиса, Христа получили массовое распространение по всей империи.

Культ императоров

Другое направление изменения римской религии было связано с переходом от республики к принципату и позже к доминату. Зародившаяся в результате кризиса рабовладельческой республики монархическая власть (вначале завуалированная республиканской титулатурой) требовала религиозного освящения. Первые, хотя и робкие, проявления культа императорской власти заметны уже при Сулле, который считался особым любимцем богов. Но настоящее обоготворение императоров (вначале посмертное, а потом и прижизненное) началось с Юлия Цезаря. Ему первому был устроен "апофеоз", официальные божеские почести по смерти. Октавиан, принявший прозвище "Августа", то есть "священного", был причислен после смерти к богам, и в честь его был построен храм. Калигула уже при жизни объявил себя богом и даже приказывал заменять головы на статуях греческих богов изображением его собственной головы. По всей империи был введен официальный культ "гения императора". Все это имело очень ясный политический смысл.

В то же время, однако, первые цезари, стремясь облечь свою власть в приемлемые для республиканских традиций формы, проводили и другую религиозную политику - политику реставрации староримских верований и обрядов, уже начинавших приходить в упадок. Особенно настойчиво действовал в этом направлении Август. Он восстанавливал и строил храмы - в одном Риме при нем прибавилось 82 храма. Он оживил древний культ ларов, установив почитание их в каждом из 265 кварталов Рима, возобновил и регламентировал деятельность братства арвалов, возобновил и расширил традиционные религиозные праздники и игры, сам принял сан верховного понтифика. Поддерживая старинные римские культы, цезари, правда, не запрещали и исполнение чужеземных восточных обрядов, но пытались противопоставить им отечественную римскую религию и тем несколько ограничить их распространение. Однако эта политика, шедшая против естественной исторической тенденции, не могла быть успешной. Старые боги Рима, в которых отражался быт замкнутого полиса, не соответствовали новым условиям огромной мировой державы.

Свободомыслие

Если в широких массах почитание древних национальных богов постепенно вытеснялось восточными культами, то в образованных кругах оно, по мере культурного развития общества, отступало перед ростом свободомыслия. Последнее начало распространяться в Риме вместе с греческой образованностью. Один из энергичных проповедников греческой культуры - переводчик греческих авторов на латинский язык поэт Квинт Энний (240-169 гг. до н. э.) был решительным скептиком в вопросах религии и не верил в богов. Его современник Плавт (250-184 гг. до н. э.) позволял себе в своих комедиях с насмешкой пародировать молитвенные формулы, влагая их в уста воров и бездельников. Другие писатели и философы II и I вв. до н. э. пытались примирить религию с рациональным мировоззрением, придавая мифам и представлениям о богах аллегорическое значение. Некоторые из образованных людей, уже не веря сами в гадания и предзнаменования, считали их все же необходимыми для народа. Например, Цицерон, умевший сочетать свое свободомыслие с добросовестным выполнением должности авгура, говорил: "Что бы ни думать об ауспициях, их надо сохранить, чтобы не оскорблять народных убеждений и ради тех услуг, которые они могут оказать государству"*.

* (См. Буасье, стр. 46.)

Своей высочайшей вершины римское свободомыслие достигло в творчестве Тита Лукреция Кара (99-55 гг. до н. э.), гениального поэта и философа-материалиста. Последовательно проводя в своей замечательной поэме "О природе вещей" материалистическую точку зрения на мир, отрицая существование богов и разоблачая вред религии, Лукреций сумел подняться и до понимания корней религии и причин ее живучести. Менее последовательным материалистом был Плиний Секунд Старший (23- 79 гг. н. э.); отрицая традиционных богов, он, однако, признавал божеством солнце, которое считал центром вселенной.

Римская религия дожила до победы христианства - до IV в. н. э.

предыдущая главасодержаниеследующая глава


Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, дизайн, подборка материалов, разработка ПО 2001–2017
При копировании материалов проекта обязательно ставить ссылку:
http://religion.historic.ru/ "История религии"